25/11/22

Сценограф Ирина Комиссарова: «Театр – это ключ к моему пониманию мира. Я убеждена, что сценография не имеет границ»

Спектакль Оскараса Коршуноваса «Русский роман» уже несколько лет с успехом идет в Вильнюсском старом театре (премьера состоялась в 2018 году). 1 декабря герои спектакля вновь пригласят зрителей на толстовский спектакль по пьесе драматурга Марюса Ивашкявичюса. Одним из членов творческой группы спектакля была сценограф и художник по костюмам Ирина Комиссарова.

В настоящее время И. Комиссарова учится в магистратуре Норвежской театральной академии, разрабатывает декорации для постановки Клайпедского драматического театра, а также у нее много других творческих идей. Мы поговорили о ее пути к театру, о сценографии и закулисье «Русского романа».

 

В Литву Вас привела любовь к литовскому театру? И почему именно сценография? И почему Вы решили изучать её в Литве?

Да, моя любовь к театру привела меня в Литву. Когда я училась на третьем курсе дизайна интерьера и окружающей среды в Москве, я поняла, что ошиблась в выборе профессии. В том же году я впервые приехала в Литву, где неожиданно оказалась в гостях у Татьяны Ринкявичене, которая в то время занимала пост руководителя Русского драматического театра Литвы.

Мой интерес к театру был вызван подругой из театральной семьи. Она постоянно приглашала меня в театр, на выставки и перформансы. Раньше театр был для меня чем-то, что заставляли посещать учителя литературы, но тут я открыла для себя новый красочный мир с бесконечными выразительными средствами. Поэтому после окончания бакалавриата я решила поступать в магистратуру одного из московских театральных вузов. К сожалению, вскоре я узнала, что магистратуры по этой специальности не существует, и мне пришлось начинать все сначала.

Боясь повторить ошибку, я решила сначала устроиться на работу в театр и некоторое время понаблюдать за ним изнутри. Вскоре после этого мне предложили работу ассистента известного театрального PR-менеджера Юлии Гирба. Я работала с ней почти два года. В 2009 году я попала на фестиваль «Новый европейский театр», где впервые увидела постановку театра из Литвы. По иронии судьбы, его режиссером был Оскарас Коршуновас.

В конце концов, изучение интерьер-дизайна стало для меня мучением. Так было вплоть до того дня, когда Эймунтас Някрошюс приступил к постановке «Калигулы» в Театре Наций. Постепенно Литва стала лейтмотивом моей жизни. Я и не заметила, как стала чаще бывать в Вильнюсе, организовывать учебу по обмену и одновременно готовиться к поступлению в ГИТИС (Государственный институт театрального искусства в Москве). В том году курс набирал режиссер Дмитрий Крымов. Когда все было готово, высшая школа в Москве отказалась меня отпускать. Поэтому, не дожидаясь, я отправилась в Литву и как вольный слушатель стала изучать сценографию в Вильнюсской художественной академии.

 

Не каждому, получившему диплом по специальности «сценография», удается воплотить свои идеи на театральной сцене. Как вам удалось оказаться в нужном месте в нужное время?

Будучи студенткой, мне очень хотелось что-то сделать в Вильнюсе. Вскоре я познакомилась со студентами режиссерского курса Литовской академии музыки и театра и принимала участие в создании курсовых спектаклей вместе с Агнией Леоновой. В то же время я поддерживала связь с Москвой, куда постоянно возвращалась, чтобы вдохновиться театральными фестивалями. Мое дизайнерское образование стало хорошей технической базой и научило меня правильно планировать свое время.

 

Был ли «Русский роман» Вашей первой работой с О. Коршуновасом? Как Вам удалось воплотить все свои замыслы?

Да, это первый раз, когда мы работали вместе. Поскольку Оскарас еще не знал, кто будет сценографом, когда приступал к постановке, Агния предложила ему встретиться со мной. Это был 2017 год. Я уже работала художником в Могилевском театре, возглавляемом Саулюсом Варнасом, и прошла несколько стажировок в московских театрах. Встреча с О. Коршуновасом была короткой и конкретной. Мы сразу нашли общий язык.

 

Драматург М. Ивашкявичюс также участвовал в творческом процессе, была ли для него важна визуализация?

Я не присутствовала на первых встречах с М. Ивашкявичюсом и не могу сказать, как все начиналось. Только позже у меня появилась возможность наблюдать, как Марюс работает вместе с Оскарасом, как он ему доверяет. Я тоже доверилась его виденью и начала работать в заданном режиссером ключе.

 

Как бы Вы описали сценографию, созданную Вами для «Русского романа»? На какие детали Вы обращали внимание, что было важно для вас?

Поезд смерти. Это, кстати, была самая подробная режиссерская справка, и я использовала ее как основу для всей сценографической атмосферы спектакля.

 

С какими трудностями Вы столкнулись?

Мне это нравилось. Процесс был живой. Но да, премьеру переносили несколько раз. Оскарас был занят другими проектами, в какой-то момент остались только мы с Агнией. В этом были и свобода, и большой риск.

Работать с Оскарасом значит – сталкиваться с трудностями. Мне это нравилось! Процесс был живой. Поскольку Оскарас работал над несколькими проектами одновременно, премьера несколько раз переносилась. В какой-то момент мы с асситсентом режиссера остались одни. В этом были и свобода, и большой риск.

 

Важно ли, чтобы декорации помогали актерам создавать свои роли?

Я начала c создания прототипа декорации для репетиций. В постановке много хореографии, по задумке Оскараса. По задумке Оскараса в постановке было много хореографии и было важно помочь актерам с первых дней прочувствовать все нюансы. Театр без лишних вопросов изготовил пробную декорацию, это был очень профессиональный подход. Мы сразу смогли проверить все решения. В то же время мы смогли проверить, как работают сценографические решения. Это позволило сэкономить время и деньги.  

   

Костюмы для спектакля – черно-белые и еще присутствуют несколько других оттенков и акцентов... Не хотелось добавить больше цвета?

Костюмы – это прямое продолжение сценографии, её атмосферы. И атмосфера была монохромной. Одна часть костюмов – историческая, а другая – такая же, как наряды зрителей, пришедших на спектакль. Эта игра со временем была заложена в самом тексте. Но всему этому не хватало жизни. Поэтому я осторожно ввела еще один цвет – красный. Сочетание красного с черным и белым можно встретить во многих моих работах. Особенно удачно они сработали в спектакле «Чайка», поставленном вместе с Оскрасом в МХТ им. А.П. Чехова.

 

Вы также используете в спектакле видеопроекции. Это очень популярно в современной сценографии. Каково Ваше отношение как художника к этому явлению?

В «Русском романе» я очень осторожно использовала видеопроекции. Как и в «Чайке», видео было частью изначальной архитектуры пространства и помогало расширить границы небольшой сцены. С художником видеопроекции Микасом Жукаускасом в «Русском романе» мы вместе здорово поработали.

 

Каково направление у современной сценографии? Какая она сегодня, и какой она будет завтра?

Сегодня сценография – самостоятельный жанр. Как сценограф, я сейчас практически не сотрудничаю с режиссерами, за исключением Дмитрия Крымова, который, кстати, сам когда-то был сценографом. Как сценограф, я иду по собственному пути независимого театрального художника. Мною движет нечто большее, чем ремесло, которым я овладела в данный момент. Театр – это ключ к моему пониманию мира. Я убеждена, что сценография не имеет границ.

 

Беседовала Лаурина Лопайте

. . . читать дальше

22/11/22

Режиссер Жильвинас Бенюшис: «Человеческая идентичность – это только перформанс, только игра...»

17 декабря в Вильнюсском старом театре состоится премьера спектакля «Ночь перед» Жильвинаса Бенюшиса.

В основе спектакля – повесть Николая Гоголя «Ночь перед Рождеством» (из сборника «Вечера на хуторе близ Диканьки»). Действие комедии «Ночь перед», основанной на принципе современной клоунады, перенесено в наши дни и происходит на современной вечеринке. По атмосфере спектакль пересекается с фильмом Стэнли Кубрика «С широко закрытыми глазами» или серию фотографий Эндрю Миксиса «Диско»... Когда начинается и заканчивается игра? Где проходит граница между святостью и грехом? Возможно ли очищение, которому сопротивляется ночь?

 

Ж. Бенюшис – режиссер, актер, преподаватель Литовской академии музыки и театра, основатель Современного интеллектуального театра клоунады, режиссер клоунского вестерна «Одиссея» (2021), трагикомедии «Адам 2.0» (2021), клоунского моноспектакля «Обучение Лилии свободе» (2022) и др.

 

Какое значение для Вас имеет творчество Гоголя, какие темы и сюжеты вдохновили и прослеживаются в спектакле «Ночь перед»?

Я наткнулся на произведения Гоголя в библиотеке моих родителей в подростковом возрасте. Сама фамилия  «Гоголь» – звучала забавно. Поскольку в его произведениях было так много прекрасного юмора, он сразу стал одним из моих фаворитов. Но прежде всего, меня поразила его любовь к своим персонажам. Его произведения полны критики как общества, так и отдельного человека, однако, как сказал сам Гоголь: «Чем больше в человеке зла, тем больше мы должны его любить».

Спектакль основан на повести «Ночь перед Рождеством». В последнюю ночь перед рождением Христа появляется Черт и собирает воедино все грехи человечества. Персонажи неистово веселятся и ждут утренней мессы. Однако среди этого веселья зарождается любовь между Вакулой, простым, наивным юношей, и Оксаной, капризной дочерью богатого помещика.

В повести, как и во всем раннем творчестве Гоголя, мир предстает как фантастическое место, где все воспринимается как игра – любовь, измена, война, мир, поиск истины, шарлатанство идут рядом, по горизонтали, и, кажется, не имеют вертикального критерия. Такой взгляд на мир чрезвычайно привлекателен, но и опасен. В спектакле ставится вопрос: перестаем ли мы когда-нибудь играть, или любовь и смерть тоже являются лишь частью большой игры?

Здесь также важна тема свободы воли и судьбы. Возникает вопрос: есть ли в мире вещи, которым просто суждено случиться, независимо от обстоятельств? Как мы принимаем эти вещи? В конце концов, могло ли все произойти иначе, если бы я действовал соответствующим образом? Если все это понарошку, просто игра, зачем вообще через это проходить?

Человеческая идентичность – это всего лишь перформанс, игра, однако мы можем исчезнуть из этой игры, не испытывая ни вины, ни стыда. И все же, глядя на другого человека, мы можем определить, когда он настоящий, подлинный, а когда нет. Существует ли вообще какой-либо источник подлинности? Может ли быть так, что тот, кто играет нами, и иногда играет очень сильно, является самой настоящей подлинностью? И есть ли у нас сила перекрыть этот источник, чтобы из него ничего не вытекало?

 

Чем уникален жанр современной клоунады и почему Вы выбрали именно его?

Творчество Н. Гоголя – раскованное, искреннее. И персонажи, и само действие – живые, смешные. Поэтому современная клоунада, с ее игривостью и интимной непосредственностью, особенно подходит для раскрытия того искреннего гоголевского мира. Персонажи созданы так, будто они играют, четко видна связь актеров с персонажем, желание не раствориться в них. Для раннего Гоголя свойственно, что персонажи не психологизированы, но очень характерные. В клоунаде также на первом месте всегда игра и физическая форма, а не психология и ум. Я бы еще добавил, что одной из главных тем пьесы являются тезисы: жизнь – это игра, квест, а сам клоун всегда смотрит на мир как на игровую площадку.

 

Как актеры Вильнюсского старого театра приняли новую форму игры? Легко ли актерам драматического театра, особенно старшему поколению, освоить принципы современной клоунады?

Я давно являюсь большим поклонником труппы Вильнюсского старого театра. В этом театре много сильных, харизматичных актеров, у которых внутри – и я это ясно увидел – есть этот «клоун». Прежде всего, вместе с актерами мы провели семинар по современной клоунаде, после которого, как мне кажется, развеялись все сомнения: по поводу неорганичности жанра или преувеличенной актерской игры, которая иногда присуща традиционному клоуну. Актеры прекрасно знают, что рассмешить людей гораздо труднее, чем заставить их плакать. Актеры старшего поколения приняли этот жанр еще легче. Пожилые люди обычно смешнее, потому что они уже знают, что не могут изменить мир и не могут его контролировать, поэтому они свободнее, понимают, что жизнь не вечна, и что самые ценные моменты, когда слышен смех, а люди счастливы. В общем, мы получили массу удовольствия, открывая для себя этот жанр. Это приподнятое настроение ощущалось во всем театре.  Однажды я даже нашел нарисованное на плитке возле театра сердечко с надписью: «Жильвинас, нам нравится клоунада».

 

Какова роль театра сегодня? Когда реальность настолько интенсивна, что кажется сильнее самого театра, может ли театр помочь нам жить?

Для меня реальность всегда сильнее театра. Мне нравится платоновское представление о том, что искусство лишь имитирует реальность и истинную природу вещей, иногда даже скрывая ее. К сожалению, я не думаю, что искусство само по себе может спасти мир. Например, мой дедушка, который никогда не ходил в театр и не покидал свою усадьбу, был очень уважаемым и красивым человеком.

Конечно, все не так просто. Ведь подобное искусство, которого совсем мало, не скрывает вещи, а помогает раскрыть истинную природу вещей, усилить реальность таким образом, чтобы она взорвалась, когда обнажит сама себя. И если вы пойдете в школу, где есть уроки театрального мастерства, и в школу, где их нет, вы увидите большую разницу. В школе, где проводят уроки театра, обычно все проходит гармоничнее, а дети более чувствительны друг к другу, более свободны. Значит, искусство помогает нам жить, а жизнь без искусства может быть скудной. Но искусство не следует слишком обожествлять – это опасно.

 

С режиссером беседовала театровед Ингрида Рагяльскене

. . . читать дальше

16/11/22

Интервью с режиссером Миндаугасом Валюкасом

Беседуем с драматургом и режиссером Миндаугасом Валюкасом о его спектакле «Волчья любовь». Всем сызмальства известна сказка о Красной Шапочке и злом Сером Волке. Экстравагантный М. Валюкаc совместно с талантливым актёром Максимом Тухватуллиным создали и предъявляют на суд публики современную эквилибристическую версию о Красной Шапочке и Сером Волке. В стиле актёрской импровизации молодой мужчина по имени Альбинас (Максим Тухватуллин) использует сказочный сюжет, чтобы изложить свою историю любви и личной драмы, вылившейся в трагедию. Говоря на современном языке, это «стэндап», театральный моно-комикс, постмодернистская сказка для взрослых.

Предназначено для взрослой публики (14+). Внимание: в спектакле звучит ненормативная лексика. Спектакль идет на русском языке.

 

Творческая группа:

Режиссер – Миндаугас

Валюкас Художник – Йоланта Римкуте

Художник по свету – Симонас Гудялис

Звукооператор – Артурас Сташевскис

Помощник режиссера – Альгимантас Кветкаускас

В спектакле играет Максим Тухватуллин

 

Видео Артур Своробович

В видео используются фотографии Дмитрия Матвеева

. . . читать дальше

28/10/22

Белорусы и сегодня спрашивают – «За что?»

В Вильнюсском старом театре (ул. Й. Басанавичюса, 13, Вильнюс) 29 октября в 18.30 на сцене М8 (вход с ул. Миндауго) будет показан спектакль «За что?» («Театр Августа»).  29 октября – трагический день в истории Беларуси... Он также известен как Ночь поэтов, Ночь расстрелянных поэтов или Черная ночь. Именно в ночь с 29 на 30 октября 1937 года в Минске, в районе Куропатского леса, головорезы НКВД убили 132 человека, в том числе 22 известных белорусских писателя и поэта, а также десятки ярких деятелей науки, культуры, искусства и политики межвоенной Беларуси. Среди расстрелянных поэтов: Алесь Дударь, Изи Харик, Анатолий Вольный, Михась Чарот... О трагических судьбах, поэзии этих поэтов и говорится в спектакле.

 

А. Даряла уже не первый раз берется за сценическую интерпретацию произведений белорусской драматургии. В июне 2022 года на фестивале Вильнюсского старого театра «Территория слова» родилась идея спектакля «За что?». Пьеса переносит зрителей в ночь на 29 октября 1937 года, когда поэты, переводчики и другие деятели белорусской культуры были убиты агентами НКВД в окрестностях Куропатского леса. Имена поэтов, звучащие в спектакле, так или иначе были связаны с белорусским театром. Некоторые из них были переводчиками пьес, другие писали для театра. Стихи, отобранные для спектакля, остаются актуальными и сегодня. «Эти люди, скорее всего, знали больше - поэтому их и убили», – утверждает режиссер А. Даряла. А о том, что геноцид продолжается, свидетельствует факт, шокировавший режиссера – у российских чиновников в Украине были обнаружены списки имен учителей украинского языка...

 

К сожалению, многие белорусские пьесы являются маргинальными, в некотором смысле «оккупированными», угнетенными, и все же мир должен знать о них. Это отправная точка А. Дарелы как режиссера спектакля. Режиссер не сомневается, что белорусские драматурги – одни из лучших, поэтому их имена и сегодня звучат на фестивалях современной драматургии.

 

Вспоминая о советской эпохе, режиссер не сомневается, что этот период нанес большой ущерб и травмировал жителей оккупированных стран. «Цель тогда была одна: создать советского человека без корней, и это было сделано путем уничтожения культуры и традиций», – подчеркивает А. Даряла. Увы, приходится признать, что эта система уничтожила культурную и политическую элиту белорусского народа.

 

В спектакле заняты актеры из Гродно, которых уволили из театра за их политические взгляды после протестов в 2020 году. Они покинули Беларусь и приехали в Вильнюс, получив творческую стипендию и создав коллектив «Театр Августа». Актеры сразу согласились стать участниками спектакля. Они очень ответственно и бережно подошли к материалу пьесы – это их личная боль, их история. Творческий процесс спектакля был инициирован актерами, которые вдохновили режиссера Андрюса Даряла на постановку. Андрюс начал собирать и обрабатывать материал – так и родилась основная идея драмы.

 

Финал спектакля будет немного отличаться от задуманного – зрители услышат клятву белорусских бойцов полка Калиновского, воюющих за Украину, в которой содержится намерение освободить Беларусь и отомстить за всех замученных. Финальный текст -знаковый и обнадеживающий. «Так и будет!», – утверждает режиссер А. Даряла. Спектакль рассчитан на литовских зрителей, которые не знакомы с творчеством белорусского подполья.

 

По словам руководителя Вильнюсского старого театра Ольги Полевиковой: «Мы не знакомы с белорусским культурным полем. Я верю, что, когда режим и ситуация в Беларуси изменятся, они снова нас удивят своей самоотдачей, эстетикой, пониманием мира».

 

Спектакль «Театра Августа». Режиссер, автор инсценировки – Андрюс Даряла; художник – Татьяна Доряло. В спектакле заняты: Виталий Леонов, Анна Зузо-Иванова, Наталья Леонова, Василий Минич, Вероника Минич, Нателла Белугина.

 

Спектакль идет на русском и белорусском языках

 

Билеты:https://bit.ly/3z9VUwL

 

Пресс-релиз подготовила Лаурина Лопайте

 

Фото Артура Своробовича

 

. . . читать дальше

14/09/22

Меняется название Русского драматического театра Литвы

Приказом министра культуры Симонаса Кайриса от 13 сентября 2022 г. название Русского драматического театра Литвы (РДТЛ) будет изменено на новое название – Вильнюсский старый театр. По словам министра культуры, «название «Вильнюсский старый театр» больше соответствует нынешним направлениям деятельности театра, отражает историю его здания и открывает больше возможностей для реализации мультикультурных инициатив».

 

Комментируя решение Министерства культуры, руководитель театра Ольга Полевикова акцентирует: «В новом 77-м сезоне нашего театра все национальные меньшинства получат такое же внимание и возможности для самовыражения, как и раньше. Никакое название не помешает мне, как руководителю театра, соединить разные культуры и сделать художественное содержание театра ярким и интересным. Смена названия театра может стать предпосылкой для обновления и открыть новые возможности для театра».

 

 

. . . читать дальше